Антон Мороз: землю — желающим, миллиарды — строителям

Всем желающим — по полгектара земли Ленобласти, парням с кулаками — престижные ПТУ, а миллиарды строителей освободить со спецсчетов в госбанках. Фактически, это предвыборная программа участника праймериз «Единой России» Антона Мороза. Наконец, 47news услышал новости от партии власти.

Редко со стороны правящей партии можно услышать что-то зажигательное. Но 47news нашел Антона Мороза. Член Совета национального объединения строителей, изыскателей и проектировщиков и вице-президент петербургской торгово-промышленной палаты 28 мая участвует в праймериз от «Единой России». Де факто, сегодня, 23 мая, он обнародовал свою программу перед сентябрьскими выборами в Госдуму по Кингисеппскому округу. Его идеи стоят на реалиях: Ленобласть – это огромная стройка.

Для понимания масштаба вспомним, что в российском строительстве работают семь миллионов человек, не считая их семей. В Ленобласти строится 3 миллиона квадратных метров недвижимости, сдается 2,2 миллиона. Стройка обеспечивает работой и людей, и бизнес в металлургии, производстве нерудных материалов, бетона, металлоконструкций, древесины. И если стройка начинает пикировать, то шахтеры с касками покажутся цветочками.

​ — Судя по обилию башенных кранов вокруг Петербурга, то все хорошо, — визуально зашел журналист 47news.

​ — Продажи через некоторое время будут снижаться. Объясню, что происходит сегодня. Первая волна людей, которые смогли накопить на ипотеку на первое жилье, свое желание реализовали. Те, кто хотел улучшить жилищные условия, тоже это сделали. Те, кто использовал недвижимость в качестве сохранения капитала, либо продолжают это делать, либо их прижало и они конвертировали квадратные метры в наличные. Четвертый характерный покупатель — это северяне и сотрудники госкорпораций, которые покупают жилье детям и родителям. Их доля стабильна, хотя в наших нефтяных компаниях-гигантах сейчас все не так тучно, как раньше.

​ — Так шумно в Москве от программы сноса хрущевок. До нас докатится эта волна?

​ — До Петербурга, скорее всего, да. Хотя попытки уже были, но все заглохли. До Ленобласти — вряд ли. У нас некоторым жителям такая пятиэтажка дворцом покажется, если из окна послевоенного барака смотришь.

​ — Пояс районов вокруг Петербурга понятен и приятен застройщикам, а что делать с отдаленными вотчинами – Бокситогорск, Приозерск и еще десяток районов?

​ — Крупный застройщик в малые районные центры добровольно не пойдет. Нужно, допустим, Приозерску, всего два дома за год построить, и все на этом. А процедуры согласования одинаково зубодробительные, как и на крупный жилмассив где-нибудь во Всеволожском районе. Рабочую силу нужно везти, а логистика удорожает материалы. Неприятным бонусом к этому идет отсутствие либо перегруженность инфраструктуры. Мне лично как-то глава одного из районов говорил: костьми лягу, а строить дома для расселения аварийного жилья не дам — сети не выдержат. А там и до прокуратуры после массовых отключений недалеко. Проблема со строительством в малых городах всегда существовала, но скоро станет еще актуальнее.

​ —  А может быть хуже?

​ — С первого июля нынешнего года вступают в силу поправки к закону о саморегулирующихся организациях (СРО), в которых обязаны состоять все генподрядчики. Исходя из их ужесточения, предполагаю, что рынок будет зачищен от небольших компаний. Это делается для того, чтобы снизить долю строителей, которые просто покупают членство у расплодившихся СРО. Логика законодателя понятна — снизить количество сомнительных компаний, работающих на рынке, и решить проблему обманутых дольщиков. Но парадокс в том, что именно малые компании и строили в небольших городах. Больших же можно привлечь только через бонусы. Например, так: строй в Волосово, а получай участок в Кудрово.

​ — Кудрово, Мурино, Новодевяткино. Даже в местных администрациях не имеют представления, сколько там живет людей. Разбросы громадные. В том же Кудрово то ли 20 тысяч, то ли за 50.

​ — Раз эти метры покупают, значит, они нужны. Город их предоставить уже не в состоянии. Но понятно, что если у человека есть лишняя копейка, то он внимательно изучит вопрос. И поймет, что его дети будут учиться в школе, где две смены, в больнице через дорогу, но уже в Петербурге его не примут, а добираться до работы по пробкам на выезде он будет два часа. С другой стороны, я сам рос в коммуналке на 20 комнат у Никольской площади. Кстати, только месяц назад оттуда выписался. Поэтому понимаю людей, которые хоть и в студию въезжают, но в свою.

​ — Так что делать-то с этими территориями? Дальше разрешать строить или сначала подтягивать инфраструктуру?

​ — Инфраструктура должна быть вся внутри. Для этого необходимо стратегическое территориальное планирование. Кстати, в Ленобласти неплохо работает программа, которую инициировал губернатор Дрозденко: детсады и школы в обмен на налоги.

​ —  Какая-то вечная проблема с жильем, зато земли полно.

​ —  Мы считали, что вовлеченность земли в расселение граждан у нас по стране не превышает 7%. У меня на это предложение. Чем мы хуже Дальнего Востока? Просто немного меньше. Я уверен, что если предложить каждому желающему по полгектара земли в Ленобласти, то желающие найдутся. А то у нас в садоводствах за каждую сотку бьются. Это ненормально, мы же не в Лихтенштейне. Естественно, нужно исключить из этого районы, граничащие с городом. Иначе девелоперы бабушек и студентов пачками скупать будут. Зато, если получится, то кто-то картошку будет сажать, кто-то шашлыки жарить, а кто-то и дом построит. А там, где стройка, там жизнь. Другое дело, что пока нет точного понимания, сколько у нас земли и какого она назначения. Это проблема кадастра и ее надо решать.

— Мигранты — неотъемлемая часть стройки. Заменить их, по словам застройщиков, некем. Есть хоть какое-то понимание, что дальше?

​- Все хуже, чем вы думаете. Если раньше гастарбайтер был просто подай-принеси, то теперь, кроме них, некому заниматься, например, сваркой. Где они учатся и как — неведомо. А от этих работ зависят уже жизни. Все из-за того, что профтехучилища скончались как вид. Остались те, в которых крупные компании растят кадры. Например, «Метрострой» или «Водоканал». У меня вообще есть предложение для Ленобласти забрать себе этот кусок и возродить ПТУ. Во-первых, такая кузница кадров будет востребована по всей стране. Во-вторых, молодежи будет, куда пойти научиться кусок хлеба зарабатывать. Недавно в Луге и в Ивангороде праздники для молодежи устраивали. Ходят лбы здоровые лет по 16 с большими кулаками и не знают, где себя пристроить. Для них рядовое, в целом, мероприятие и то радость. Конечно, это потребует вложений со стороны региона, но их можно обосновать.

— Застройщики присоединятся к этой идее или пальцем у виска покрутят?

​- В большинстве своем у наших строителей принцип «построил и забыл». Хотя на той же гарантийной эксплуатации дома, где тоже нужны квалифицированные кадры, тоже можно неплохо и стабильно зарабатывать. Так происходит в Финляндии. Но у них срок окупаемости 8-10 лет, а нам подавай 2-3.

—  Почему так себя ведут акулы строительного рынка?

​- Акулы-то они акулы, но при объеме заказов в 2-3 миллиарда банки им 200-300 миллионов со скрипом дают. Для банка стройка — это непонятный риск. Стоимость залогов застройщика всегда занижается. При этом стоимость денег — от 12 до 24%, тогда как оптимально было бы 6-10%.

—  А страхование не успокаивает банки?

— Серьезных страховщиков в стройку затащить практически невозможно. Вовсю работают мелкие, которые по 214-ФЗ о правах дольщиков метут деньги, как пылесосы. Но случись что, упадет застройщик разом, и никто из них денег столько не выплатит. Контора закроется, а хозяин улетит в Лондон. А все просто. При определенном объеме риски надо перестраховывать. Но, например, в Европе на это никто не пойдет. Поэтому мелкие конторы делают это где-нибудь в Боливии. Сами понимаете, сколь это «ценно» для дольщика. Здесь уместно вспомнить, что у нас есть банк развития БРИКС и другие международные проекты с дружественными партнерами. Деньги из них могли бы идти не только на мегапроекты.

— Немалые деньги аккумулируют саморегулируемые организации строительной отрасли. Где они?

​- Немалые — слабо сказано. Речь идет о десятках миллиардов рублей. Хранятся на спецсчетах в ограниченном круге госбанков. Деньги выведены из рынка и практически не работают. Процентная ставка — на грани инфляции, то есть, на грани таяния средств. Мы предлагали создать при банках двухуровневую систему менеджмента – не только экономистов, но и тех, кто понимает в стройке. Это позволит вернуть деньги в стройкомплекс через кредиты, естественно, гарантируя их сохранность и возвратность. Я бы на месте теоретика экономиста вообще бы строителю денег не давал. Оценивать риски надо по-другому. Пока эта идея находится на рассмотрении. Кстати, есть идея сделать пилотный проект в Ленобласти.

— Была идея законодательно закрепить систему рейтинга строительных компаний.

— Я осторожно к этому отношусь. С одной стороны, для покупателей и банков это удобно. С другой, есть опасность того, что места в рейтинге начнут продавать.

— Зачем вам вообще участие в праймериз, если так уверенно себя чувствуете на своей поляне?

— А все просто. На стройку государство  посмотрело внимательно всего года два назад. А в прошлом июле впервые за десять лет прошел Госсовет по строительству под председательством президента. Пусть теперь присмотрится еще пристальнее, но уже к Ленобласти. Действительно, ненормально будет, если от Ленинградской области выберется нефтяник. Каждый регион имеет что-то самое важное. Например, логично, чтобы от Иркутска шел эколог. Ведь там все вокруг Байкала крутится. А если в Ленобласти – строительный бум за счет надвигающегося Петербурга, то лоббировать строителей надо профессионалу. Это, кстати, приятно влияет на стратегию, а, значит, и на цену ваших будущих квадратных метров.

 

Источник: http://47news.ru/articles/120838/